Когда ране недостаточно просто дать время
Обычная рана постепенно закрывается сама.
Клетки кожи мигрируют к повреждённому участку, формируются новые сосуды, появляется соединительная ткань, затем восстанавливается эпителий.
Но иногда этот процесс останавливается.
При хронических венозных язвах рана может существовать месяцами и даже годами.
При большом ожоге проблема другая: повреждена огромная поверхность, которую нужно как можно быстрее закрыть.
И здесь возникает очевидный вопрос.
Почему нельзя просто взять собственные клетки пациента?
Можно.
И в некоторых технологиях именно так и делают.
У пациента берут небольшой участок здоровой кожи, выделяют клетки и размножают их в лаборатории.
Преимущество очевидно: клетки собственные, иммунная система воспринимает их как свои.
Но есть две проблемы.
Первая — время.
Клетки нужно взять, вырастить до достаточного количества, проверить и подготовить конструкцию. Это не готовый препарат, который можно достать из холодильника в день поступления пациента.
При тяжёлом ожоге ждать недели бывает слишком долго.
Вторая — количество здоровой ткани.
Если обожжена большая часть тела, участков, откуда можно безопасно брать собственную кожу, немного. А место забора само становится новой раной.
Поэтому донорские клетки дают совсем другое преимущество:
их можно вырастить заранее и сделать из них готовый стандартизованный препарат.
Чужие клетки не обязаны становиться чужой кожей
Здесь легко представить неправильную картину.
Будто на рану кладут кусок кожи другого человека и он должен навсегда прижиться.
БЭК и ДЭК работают не совсем так.
Донорские клетки могут действовать скорее как временная биологическая фабрика.
Они выделяют факторы роста и другие сигнальные молекулы, влияют на воспаление, стимулируют образование сосудов и привлекают собственные клетки пациента.
То есть их задача — помочь ране снова перейти в нормальный режим заживления.
А окончательную ткань постепенно формирует уже организм самого пациента.
Поэтому отсутствие пожизненного приживления донорских клеток здесь не обязательно является недостатком.
Они могут выполнить работу и затем исчезнуть.
ДЭК — помочь хронической ране сдвинуться с места
Первый препарат называется ДЭК — дермальный эквивалент кожи.
Его испытывают при венозных трофических язвах нижних конечностей.
Такие язвы возникают не потому, что человеку физически не хватает кожи.
Из-за нарушения венозного кровотока ткань месяцами находится в состоянии отёка и хронического воспаления.
Рана словно застревает между повреждением и нормальным восстановлением.
ДЭК содержит донорские мезенхимальные стромальные клетки на специальном раневом матриксе.
Именно эти клетки должны изменить среду внутри раны и подтолкнуть собственные механизмы восстановления пациента.
В исследовании препарат сравнивают с G-DERM.
БЭК — когда кожи действительно не хватает
Для ожогов создан другой препарат — БЭК, биологический эквивалент кожи.
Он содержит уже два клеточных компонента:
донорские мезенхимальные стромальные клетки;
донорские кератиноциты — основные клетки наружного слоя кожи.
Это логично.
При глубоком ожоге врачу нужно не только изменить воспалительную среду, но и как можно быстрее восстановить барьер между организмом и внешним миром.
Чем дольше остаётся большая открытая поверхность, тем выше потери жидкости, риск инфекции и другие осложнения.
БЭК должен временно дать ране живую клеточную основу, на которой сможет идти восстановление.
Почему не просто пересадить собственную кожу
Собственная кожа остаётся золотым стандартом для закрытия многих глубоких ожогов.
Но у неё есть физическое ограничение.
Чтобы закрыть один участок, нужно взять кожу с другого.
Если ожог небольшой — это вполне рабочая схема.
Если повреждена огромная поверхность тела, донорских участков самого пациента начинает не хватать.
Клеточные технологии пытаются решить именно эту проблему масштабирования.
Из небольшого количества исходных клеток можно получить материал для значительно большей площади.
А если использовать заранее выращенные донорские клетки, препарат вообще можно подготовить ещё до появления конкретного пациента.
Россия здесь не первая
Живые эквиваленты кожи применяются в мире уже десятилетиями.
Например, Apligraf в США зарегистрирован ещё с конца 1990-х для некоторых хронических язв.
Существуют и другие клеточные раневые конструкции.
Поэтому БЭК и ДЭК — не изобретение самой идеи «живой искусственной кожи».
Интерес российской разработки в другом:
создать собственную производимую серийно платформу тканеинженерных препаратов для ожогов и хронических ран.
Готовый препарат вместо индивидуальной лаборатории
Именно здесь донорские клетки становятся главным практическим преимуществом.
Если использовать собственные клетки, каждый пациент фактически превращается в отдельный производственный проект:
взять биопсию;
выделить клетки;
размножить;
проверить;
собрать конструкцию;
дождаться готовности.
С донорскими клетками производство можно вынести заранее.
Одна проверенная клеточная линия способна стать основой для большого количества стандартизованных препаратов.
Пациент поступает в клинику — продукт уже существует.
Для тяжёлой травмы это принципиальная разница.
Но чужие клетки создают свои вопросы
Удобство не означает отсутствия проблем.
Нужно доказать:
что клетки безопасны;
что они не вызывают клинически значимой иммунной реакции;
что свойства препарата воспроизводятся от серии к серии;
что клетки действительно сохраняют нужную активность после производства и хранения;
и главное — что живой препарат заживляет рану лучше существующих покрытий и стандартной терапии.
Именно поэтому БЭК и ДЭК проходят полноценные клинические исследования.
Не заменить кожу, а помочь организму сделать новую
Самая точная формулировка здесь, пожалуй, такая.
БЭК и ДЭК не пытаются навсегда заменить кожу пациента чужой тканью.
Донорские клетки нужны потому, что их можно подготовить заранее и быстро доставить в рану.
Там они должны временно создать биологическую среду, в которой собственные клетки пациента снова смогут нормально работать.
Если исследования подтвердят эффект, ценность технологии будет не в самом факте наличия живых клеток на повязке.
А в возможности достать готовый препарат тогда, когда ждать выращивания собственной кожи уже некогда.